Итоги20 минут чтения

Конференция в «Ромашке» 2026: главное из 23 докладов по детской неврологии

28-29 августа 2026 года в Пятигорске прошла XXVIII краевая научно-практическая конференция «Актуальные вопросы заболеваний нервной системы у детей». Два дня докладов в двух залах санатория «Ромашка» и онлайн-трансляция на RuTube: 21 докладчик и 23 доклада для педиатров, неврологов, эпилептологов, психиатров, реабилитологов, генетиков и психологов. Собрали главное из каждого доклада и разложили по темам.

Академия прогрессивного образования и науки
Логотип научно-практической конференции «Ромашка»

Как прошла конференция

Конференцию провели Министерство здравоохранения Ставропольского края и краевой психоневрологический санаторий «Ромашка» (Пятигорск, ул. Ермолова, 213). Идейный организатор - клиника неврологии и эпилепсии «Сантерра», технические организаторы - Академия прогрессивного образования и науки и конгресс-агентство «РИМ».

Задача конференции - повысить качество и доступность помощи детям края с заболеваниями нервной системы и собрать вместе специалистов, которые ведут таких детей: педиатров и неврологов, генетиков, ортопедов, психиатров и реабилитологов. Доклады шли в двух залах: актовом и зале ЛФК и реабилитации. Тех, кто не смог приехать, ждала трансляция. Документацию по первому дню, 28 августа, подавали в комиссию по оценке учебных мероприятий и материалов для НМО.

Детская неврология сегодня

Кадры, маршрутизация и синдром мышечной слабости

О. В. Агранович, д.м.н., профессор, главный внештатный детский невролог Ставропольского края и СКФО, сделал обзор состояния специальности. Неврологическая патология остается одной из ведущих причин детской инвалидности. При этом возможности ранней диагностики и лечения быстро растут, а с ними растут и требования к врачам и к организации помощи.

Отдельно он говорил о нехватке детских неврологов и о том, что регионы обеспечены ими неравномерно. Что предлагается: больше мест в ординатуре, обучение педиатров и неонатологов основам детской неврологии, выездные образовательные циклы, консультации для удаленных территорий.

Большая часть доклада была посвящена синдрому мышечной слабости у ребенка. Первые признаки спинальной мышечной атрофии и миодистрофии Дюшенна часто выглядят неспецифично: поздно пошел, часто падает, отстает в моторном или речевом развитии, снижены рефлексы, необычная походка. Поэтому ребенок может долго наблюдаться с другим диагнозом. Вывод доклада: детской неврологии нужны сразу ранняя диагностика, четкая маршрутизация, доступная генетика и нейрофизиология, обучение специалистов и мультидисциплинарные команды.

Эпилепсия: от неонатальных судорог до хирургии

Неонатальные судороги: всегда ли это эпилепсия?

М. А. Витковская напомнила, что судороги в первые недели жизни - клинический синдром, а не диагноз. У большинства новорожденных приступы острые симптоматические: на фоне гипоксически-ишемического поражения мозга, инсульта, кровоизлияния, инфекции или обменных нарушений. Реже судороги становятся первым проявлением генетической эпилепсии.

Клиническому наблюдению у новорожденных доверять трудно. Многие приступы идут без заметных движений, вплоть до электрографического эпилептического статуса, а необычные движения, наоборот, принимают за судороги. Поэтому основной метод - продолженный ЭЭГ- или амплитудно-интегрированный ЭЭГ-мониторинг. Он подтверждает электрографическую природу событий, показывает нагрузку приступами, ответ на терапию и восстановление фоновой активности.

Перенесенные неонатальные судороги повышают риск эпилепсии, ДЦП и задержки развития, но этот риск зависит прежде всего от причины поражения мозга и данных мониторинга. Лечение не заканчивается, когда судороги прекратились в роддоме или реанимации: за моторным, когнитивным и речевым развитием таких детей нужно долго наблюдать.

Индивидуальный подбор терапии эпилепсии у детей

Е. Д. Астахова, детский невролог-эпилептолог, ассистент кафедры неврологии и нейрореабилитации СтГМУ, начала с того, что эпилепсия у детей - не одно заболевание с единой схемой лечения. За похожими приступами стоят генетические, структурные, метаболические, иммунные и другие причины.

На выбор препарата влияют тип приступов и форма эпилепсии, возраст, предполагаемая причина, нарушения развития, поведения и сна, сопутствующие заболевания, а также то, как лечение скажется на внимании, памяти, настроении и учебе. На клинических примерах спикер показала, что формальный контроль приступов еще не оптимальный результат. Если приступов стало меньше, но появились сонливость, раздражительность и проблемы с концентрацией, нужно взвешивать пользу и нежелательные эффекты, а не смотреть только на ЭЭГ и дневник приступов.

Если лечение не помогает, стоит проверить, верно ли определен тип приступов, подходит ли препарат к форме эпилепсии, соблюдается ли режим приема и нет ли неэпилептических событий. Цель терапии шире подавления приступов: развитие ребенка, его безопасность, обучение и качество жизни.

Когда добавлять второй препарат

О. В. Агранович рассказал о месте современных противоэпилептических препаратов в дополнительной терапии эпилепсии у детей и подростков и о выводах Российского Дельфийского консенсуса. Эксперты консенсуса оценивали эффективность, безопасность, удобство применения, лекарственные взаимодействия и место препарата в разных линиях терапии.

Один из ключевых тезисов: не откладывать добавление нового препарата до крайне позднего этапа. Слишком долгое ожидание иногда снижает вероятность ремиссии, и в подходящей клинической ситуации дополнительный препарат можно назначать уже после недостаточной эффективности стартовой монотерапии. Выбор остается индивидуальным: тип приступов, форма эпилепсии, возраст, прежняя переносимость, сопутствующие заболевания, поведение, взаимодействия. Результат лечения зависит от своевременности назначения, правильной титрации, контроля переносимости и сотрудничества врача с семьей.

Туберозный склероз: окно до первого приступа

М. Ю. Дорофеева говорила о туберозном склерозе - генетическом заболевании, которое может затрагивать мозг, кожу, почки, сердце и глаза. Проявления появляются в разном возрасте, поэтому диагноз ставят не сразу.

Приступы при туберозном склерозе часто начинаются на первом году жизни, а тяжелая плохо контролируемая эпилепсия бьет по речевому, интеллектуальному и поведенческому развитию. Рядом нередко РАС, СДВГ, нарушения сна и тревога, которые объединяют термином TAND.

Современный подход - не ждать первого приступа. Если диагноз известен до рождения или вскоре после, ребенку рекомендуют регулярную видео-ЭЭГ сна и бодрствования: эпилептиформная активность часто появляется за недели и месяцы до клинических приступов. При характерных изменениях на ЭЭГ можно начать превентивную терапию, чтобы отсрочить приступы, снизить вероятность инфантильных спазмов и риск эпилептической энцефалопатии. Обсуждали также хирургию фармакорезистентной эпилепсии и ингибиторы mTOR при отдельных осложнениях. Такому пациенту нужна пожизненная программа наблюдения разных органов, а время до первого приступа - окно возможностей для защиты развития.

SWAS: когда ребенок теряет навыки

Ж. М. Цоцонава, к.м.н., доцент, главный внештатный детский невролог Астраханской области и ЮФО, разобрала энцефалопатию развития и эпилептическую энцефалопатию с паттерном SWAS, выраженной активацией эпилептиформной активности в медленном сне.

Главная опасность - регресс уже сформированных навыков. Ребенок хуже понимает речь, теряет освоенные слова, у него ухудшаются поведение, память, внимание или движения. Заметных приступов при этом может быть мало или не быть вовсе, и регресс объясняют психологическими причинами, школьной нагрузкой или аутизмом.

По терминологии ILAE различают два варианта: нарушения развития были до выраженной эпилептиформной активности или ребенок развивался нормально, а регресс начался после активации разрядов во сне. Причины разные: генетические варианты, структурные поражения мозга, последствия инсульта и пороков развития, реже иммунные заболевания. Поэтому одного ЭЭГ-диагноза мало, нужны МРТ, генетическое обследование и оценка динамики развития.

Доказательная база лечения ограничена: в основном это наблюдательные исследования и серии случаев. Обсуждали бензодиазепины, гормональную терапию, отдельные противоэпилептические препараты и сультиам. Оценивать эффект нужно по восстановлению речи, поведения и обучения, а не только по числу приступов и подавлению разрядов. Практический вывод: если ребенок без очевидной причины теряет навыки, ему нужна полноценная ЭЭГ сна, даже когда приступов не видно.

Окулогирные кризы при дефиците AADC: не эпилепсия

Д. И. Гукосьян, главный внештатный детский невролог Минздрава Краснодарского края, рассказал о дефиците декарбоксилазы ароматических L-аминокислот. Это редкое наследственное заболевание: из-за мутации в гене DDC снижается образование дофамина, серотонина, норадреналина и адреналина.

Болезнь начинается в младенчестве: мышечная гипотония, задержка моторного развития, трудности кормления, дистония, непроизвольные движения, нарушения сна, выраженные вегетативные симптомы. Особенно характерны окулогирные кризы - длительное непроизвольное отведение глаз вверх, часто с дистонией и изменением поведения.

Эти эпизоды нередко принимают за эпилептические приступы, и ребенок годами получает противоэпилептические препараты без эффекта. Заболевание прячется и под диагнозами ДЦП, РАС или неспецифической задержки развития. Подсказки: окулогирные кризы вместе с гипотонией, дистонией и вегетативной дисфункцией, нет типичного перинатального поражения мозга, состояние ухудшается во второй половине дня.

При сомнении типичный эпизод стоит записать на видео-ЭЭГ: отсутствие эпилептического паттерна во время события помогает избежать ошибки. Диагноз подтверждают биохимические исследования и генетика. Заподозрить болезнь важно рано, потому что для нее есть патогенетическая и генозаместительная терапия.

Эпилепсия в регионе: маршрут пациента

С. Н. Руденко, главный внештатный эпилептолог Минздрава Ставропольского края, выступила дважды. Первый доклад был о системе помощи при эпилепсии. Клинический фокус - умение врача сопоставить характер приступов, ЭЭГ, МРТ, анамнез и сопутствующие нарушения. Организационный - непрерывный маршрут пациента от первого обращения до специализированного эпилептологического центра.

Для этого нужны доступный видео-ЭЭГ-мониторинг, МРТ по эпилептологическому протоколу, генетические исследования, лабораторный контроль лечения, подготовленные нейрофизиологи и оборудование для ЭЭГ-мониторинга в реанимациях. Невролог работает вместе с психиатром, психологом, нейрохирургом, генетиком, клиническим фармакологом и реабилитологами, потому что эпилепсия влияет на настроение, память, обучение, работу и семью. Спикер сопоставила новые возможности эпилептологии с реальной практикой, где пациенты все еще сталкиваются с необоснованной отменой эффективной терапии, неправильными дозами и отсутствием контроля безопасности. Качество помощи определяет способность последовательно и разумно применять технологии у конкретного пациента, а не их количество.

Фокальная эпилепсия у взрослых: почему лечение не работает

Во втором докладе С. Н. Руденко разобрала путь пациента с фокальной эпилепсией от диагноза до хирургической консультации. Сначала нужно убедиться, что события действительно эпилептические и с фокальным началом: синкопе, психогенные приступы, нарушения сна и двигательные феномены легко принять за эпилепсию.

Частая причина неудач - псевдорезистентность, когда лечение считают неэффективным, а дело в неверном диагнозе, неподходящем препарате, недостаточной дозе, нерациональной комбинации или нарушении режима приема. При выборе комбинации нужно учитывать механизмы действия, взаимодействия, суммарную лекарственную нагрузку и влияние на когнитивные функции: больше препаратов не значит лучше контроль.

Если два правильно выбранных и переносимых режима терапии не дали устойчивой свободы от приступов, речь идет о фармакорезистентной эпилепсии, и пациента направляют в специализированный центр на предхирургическую оценку: видео-ЭЭГ, МРТ по эпилептологическому протоколу, нейропсихологическое исследование. Направление на консультацию не означает обязательную операцию, зато не дает потерять годы неэффективного лечения.

Нервно-мышечные заболевания: СМА и миодистрофия Дюшенна

Генозаместительная терапия СМА: новые фенотипы

О. В. Агранович показал, как патогенетическая терапия изменила течение спинальной мышечной атрофии. Еще недавно болезнь неизбежно вела к утрате движений, дыхательной недостаточности и сокращению жизни. Сейчас есть препараты с разными механизмами: модификация сплайсинга гена SMN2 и замещение функции гена SMN1.

Генозаместительная терапия - однократная доставка функциональной копии гена, после которой организм вырабатывает белок SMN. Лучшие результаты получают, когда лечат до симптомов или в самом начале болезни, пока сохранна значительная часть мотонейронов.

Новые методы формируют новые фенотипы СМА. Дети осваивают двигательные навыки, которые раньше были им недоступны, но появляются долгосрочные задачи: дыхание, глотание, питание, сколиоз, контрактуры, утомляемость. По представленным наблюдениям, двигательная динамика была лучше у пациентов, которые вместе с патогенетической терапией регулярно получали реабилитацию. Семье нужна психологическая поддержка, а лечению - координация мультидисциплинарной команды. Прогноз меняет вся система: от неонатального скрининга до многолетней реабилитации.

СМА 5q: как оценивать результат лечения

Д. И. Гукосьян говорил о практических вопросах патогенетической терапии СМА. Одного впечатления семьи или врача мало: перед каждым введением препарата нужны стандартизированные шкалы двигательной функции и, по возможности, видеозапись. Тогда состояние пациента на разных этапах можно сравнивать объективно.

Временное ухудшение или отдельное нежелательное явление не всегда означает непереносимость препарата. Сначала стоит учесть инфекции, вынужденные перерывы в реабилитации, ортопедические осложнения, питание и дыхательную функцию.

Обсуждали и бридж-терапию - временное лечение препаратами, повышающими количество белка SMN, пока пациент ждет генозаместительную терапию. Задача - сохранить как можно больше мотонейронов и не потерять время. Результат терапии СМА определяют регулярность лечения, объективный мониторинг, реабилитация и наблюдение мультидисциплинарной команды.

Скрининг КФК: опыт Чеченской Республики

Р. М. Мухадинова, главный детский невролог Чеченской Республики, рассказала, почему миодистрофию Дюшенна часто диагностируют через несколько лет после первых симптомов: начальные проявления неспецифичны, а настороженности врачей не хватает.

В республике в профилактические осмотры детей 12-18 месяцев включили определение креатинфосфокиназы. Повышенная КФК сама по себе диагноз не подтверждает, но позволяет вовремя направить ребенка на генетическое обследование. Болезнь начинается незаметно: ребенок позже начинает ходить, часто падает, плохо бегает, встает с пола, опираясь руками на собственные ноги, ходит на носках, у него «утиная» походка, увеличены икроножные мышцы, задерживается речь.

Отдельный сигнал - повышение АЛТ и АСТ. Эти ферменты есть и в мышцах, поэтому выраженное повышение трансаминаз у ребенка без других признаков болезни печени - повод проверить КФК, а не наблюдать его долго у гастроэнтеролога. Опыт республики показывает, что системное изменение маршрутизации (скрининг и информирование педиатров, генетиков, неврологов и гастроэнтерологов) может работать лучше отдельных образовательных мероприятий. Простой анализ, сделанный в нужном возрасте и правильно прочитанный, способен сократить путь к диагнозу на несколько лет.

От симптома к диагнозу: Дюшенн и СМА

О. А. Соболева выступила с двумя докладами. Первый - о раннем распознавании двух нервно-мышечных заболеваний, при которых время до диагноза прямо влияет на результат лечения.

При миодистрофии Дюшенна первые признаки видны уже в 2-3 года: задержка моторного и речевого развития, поздняя ходьба, частые падения, ходьба на носках, «утиная» походка, трудности на лестнице, симптом Говерса. Выраженное повышение КФК часто идет вместе с повышением АЛТ и АСТ, и это иногда уводит к ошибочному диагнозу болезни печени. При таких анализах нужно оценить мышечную функцию и провести генетическое исследование гена DMD. Ребенок может наблюдаться с задержкой развития, аутизмом, ортопедическим диагнозом или гепатитом, поэтому мальчикам с сочетанием речевых, поведенческих и моторных проблем КФК стоит определять.

При СМА ведущие признаки - симметричная проксимальная слабость, сниженные рефлексы, гипотония, задержка моторного развития, фасцикуляции языка, тремор пальцев, нарушения кормления и дыхания. Интеллект при классической СМА обычно сохранен. Врач первичного звена не обязан сам ставить редкий диагноз, но должен вовремя распознать сочетание признаков и направить ребенка на специализированное обследование.

Глюкокортикостероиды при миодистрофии Дюшенна

Второй доклад О. А. Соболевой был о глюкокортикостероидах, одной из основ патогенетической терапии миодистрофии Дюшенна. Они помогают дольше сохранять ходьбу, замедляют утрату функции рук и положительно влияют на дыхательную и сердечную функции.

Длительная терапия дает серьезные нежелательные эффекты: набор массы тела, задержку роста и полового развития, изменения поведения, снижение плотности костей и переломы, катаракту, подавление функции надпочечников. Поэтому стандартной схемы мало: нужно регулярно оценивать двигательную функцию, рост, массу тела, давление, кости, обмен веществ и эмоциональное состояние ребенка, а решения принимать с учетом приоритетов семьи.

Резкая отмена после длительного приема опасна, особенно во время инфекции или операции. Родители и медики должны знать правила поведения при остром заболевании. Обсуждали и новые варианты стероидной терапии с потенциально лучшей переносимостью, но их доступность зависит от регистрации и программ обеспечения.

Демиелинизирующие заболевания у детей

Оптиконевромиелит и MOG-ассоциированное заболевание

Р. Ц. Бембеева разобрала воспалительные демиелинизирующие заболевания центральной нервной системы у детей, прежде всего заболевания спектра оптиконевромиелита и MOG-ассоциированное заболевание. Они проявляются воспалением зрительного нерва, поражением спинного мозга, ствола и другими симптомами и могут напоминать рассеянный склероз. Но механизмы, лабораторные маркеры, прогноз и профилактическая терапия у них разные.

Разграничить их помогают антитела. AQP4-IgG подтверждают заболевание спектра оптиконевромиелита, антитела к MOG указывают на MOG-ассоциированное заболевание. Это принципиально: некоторые препараты, которые применяют при рассеянном склерозе, при этих состояниях могут быть недостаточно эффективны или нежелательны.

Обострение нужно лечить сразу. Воспаление зрительных нервов и спинного мозга быстро приводит к стойкому снижению зрения, парезам и нарушению тазовых функций, поэтому диагностику и противовоспалительную терапию не откладывают. Для профилактики повторных атак обсуждали в том числе препараты, действующие на интерлейкин-6. Практический вывод: при сочетании зрительных и спинальных симптомов у ребенка помнить, что это может быть не рассеянный склероз, и вовремя исследовать AQP4 и MOG.

ДЦП: ортопедия, боль и реабилитация

Многоуровневые операции при ДЦП и роль невролога

В. А. Васюков, главный внештатный детский ортопед Ставропольского края, напомнил: поражение мозга при ДЦП не прогрессирует, а ортопедические последствия по мере роста нарастают. Спастичность ведет к укорочению мышц, контрактурам, деформациям костей, подвывихам тазобедренных суставов и ухудшению походки.

Пока нарушения динамические, их корректируют ботулинотерапией, ортезами, лечебной физкультурой и этапным гипсованием. Фиксированную контрактуру эти методы уже не исправят. SEMLS - одномоментная многоуровневая операция, которая устраняет несколько связанных деформаций ног: вместо последовательных операций на стопах, коленях и тазобедренных суставах ребенок переносит один наркоз и один период восстановления.

Планировать операцию нужно после комплексной оценки биомеханики, по возможности с компьютерным анализом походки: цель - восстановить всю цепь движения, а не один сустав. Невролог должен вовремя увидеть, что консервативная терапия перестала работать, а после операции вести спастичность, боль и моторное переобучение. Без реабилитации хороший рентгенологический результат не гарантирует функционального улучшения.

Боль у детей с ДЦП и ботулинотерапия

С. А. Суракатова и В. А. Близгарев говорили о боли у детей с ДЦП. Она встречается часто, но ее недооценивают, особенно у детей с тяжелыми двигательными и речевыми нарушениями, которые не могут рассказать, где и как болит.

Источников много: спастичность и дистония, контрактуры, подвывихи тазобедренных суставов, деформации позвоночника, гастроэзофагеальный рефлюкс, запоры, ортезы, растяжки, инъекции, операции и ежедневный уход. У одного ребенка их может быть несколько одновременно. Если ребенок может оценить боль сам, используют шкалы лиц, визуальные и цифровые шкалы. Для невербальных пациентов есть поведенческие инструменты: мимика, поза, вокализация, сон, реакция на прикосновение, способность успокоиться. Большую роль играют родители, которые знают обычное поведение ребенка.

Ботулинический токсин рассматривали как часть комплексной терапии боли, связанной со спастичностью: снижая избыточное сокращение мышцы, он помогает разорвать круг «спазм - боль - усиление спазма», облегчает уход и ношение ортезов. Но все источники боли он не устраняет, поэтому назначается с конкретной целью после анализа мышечного паттерна. Вывод: боль - обязательный пункт каждого осмотра ребенка с ДЦП, даже если сам он пожаловаться не может.

Прикладная кинезиология в реабилитации

И. И. Гайдамака, И. Н. Ерещенко и С. А. Пачин представили прикладную кинезиологию как подход к оценке движения и мышечного баланса. Основной инструмент в этом подходе - мануальное мышечное тестирование: может ли мышца удерживать напряжение при кратком дополнительном сопротивлении. Авторы предлагали применять его вместе со стандартным клиническим обследованием, чтобы ставить индивидуальные реабилитационные цели, подбирать нагрузку и оценивать компенсаторные возможности пациента.

Развитие и поведение ребенка

Низкий когнитивный темп: вариант СДВГ или отдельное состояние?

Л. С. Чутко, д.м.н., профессор, руководитель центра поведенческой неврологии Института мозга человека РАН, рассказал о детях, которых считают медлительными, рассеянными или ленивыми. Низкий когнитивный темп - это замедленность, дневная сонливость, мечтательность, долгое включение в работу и ощущение «мозгового тумана». Ребенок теряет ход мысли и не успевает выполнить задание, хотя понимает материал.

При классическом СДВГ на первом плане импульсивность и слабый контроль поведения, а ребенок с низким когнитивным темпом скорее пассивен, заторможен и отстранен. В литературе используют и термин «синдром когнитивного отчуждения». Часто рядом тревожность, трудности чтения, задержка речи, сниженная оперативная память и астения, поэтому оценивать ребенка только по успеваемости или поведению на одном приеме нельзя.

Обсуждали нейропсихологическую диагностику: тесты на устойчивость внимания и скорость обработки информации, оценку сна, тревоги и речи. В помощи - медикаментозные и немедикаментозные подходы: тренировка внимания, работа с самооценкой, режим, меньше перегрузки. Медлительность ребенка не всегда черта характера.

Стереотипии: норма или признак расстройства?

Т. Н. Косова, главный детский психиатр Ставропольского края, напомнила, что стереотипия - повторяющиеся движения, звуки, слова или действия - сама по себе не диагноз. Простые временные стереотипии бывают у здоровых малышей, особенно перед сном, при возбуждении или усталости.

Стереотипии встречаются и при РАС, интеллектуальных нарушениях, генетических синдромах, тиках, дистонии, сенсорной депривации, эмоциональных расстройствах и некоторых формах эпилепсии. Поэтому важно, в какой ситуации возникает движение, можно ли его остановить, есть ли контакт с ребенком и другие симптомы. Тревожные признаки: выраженная ригидность, вытеснение игры и общения, нарушение обучения и адаптации, самоповреждение.

Жесткий запрет может усилить тревогу. Лучше работают мягкое переключение, поиск функции поведения, безопасная замена и постепенное расширение репертуара действий. Лечить нужно состояние ребенка и причины, которые поддерживают поведение, а не само «необычное движение».

Инфекции с неврологическими осложнениями

Микоплазма и лихорадка Ку

Л. В. Погорелова, к.м.н., доцент кафедры инфекционных болезней СтГМУ, разобрала две инфекции, которые могут давать неврологические проявления.

После пандемии COVID-19 во многих странах были выраженные вспышки Mycoplasma pneumoniae. Их связывают с меньшим контактом с возбудителями в период ограничений и накоплением восприимчивых детей. Кроме затяжного кашля и пневмонии, микоплазма дает кожные, гематологические, сердечно-сосудистые и неврологические осложнения: синдром Гийена - Барре, энцефалит, периферические невропатии. Растет устойчивость возбудителя к макролидам, и при отсутствии клинического ответа терапию нужно пересматривать.

Лихорадка Ку, которую вызывает Coxiella burnetii, связана в основном с контактом с сельскохозяйственными животными и протекает как гриппоподобная инфекция, пневмония или гепатит. У части пациентов она становится хронической с поражением клапанов сердца и сосудов. Неврологические осложнения: менингит, энцефалит, васкулит, поражение черепных нервов, полинейропатии, синдром Гийена - Барре, а при хроническом эндокардите - церебральные эмболии и инсульты. Вывод: при необычном сочетании лихорадки, респираторных и неврологических симптомов подробно собирать эпидемиологический анамнез.

Врач, право и технологии

Правовая защита врача при жалобе пациента

Н. А. Озова, адвокат, кандидат юридических наук, разобрала юридическую сторону работы врача. Жалоба пациента еще не означает вины: для ответственности нужно установить нарушение, реальный вред здоровью и причинно-следственную связь между действиями врача и последствиями.

Главная защита - документация. В карте нужно подробно фиксировать исходное состояние, сопутствующие заболевания, обследования, назначения, динамику и соблюдение рекомендаций. Недопустимы записи задним числом, непонятные сокращения и исправления после конфликта. В договоре на медицинские услуги стоит понятно описывать цели лечения, этапы, ограничения и последствия несоблюдения рекомендаций.

Жалобу разбирают по алгоритму: регистрация, врачебная комиссия, объяснения участников, проверка документов, мотивированный ответ, контроль сроков. Врачу лучше участвовать в разборе и экспертизе самому и задавать эксперту свои вопросы. Не каждая претензия связана с качеством лечения: причиной бывают грубость, очереди, непонятный план лечения или деньги, и иногда пациенту прежде всего нужно, чтобы его спокойно выслушали. Юридическая защита начинается на приеме: с уважительного общения, понятного информирования и аккуратной документации.

ИИ-помощники врача

А. О. Агранович, к.м.н., невролог-эпилептолог, директор медицинского центра «Сантерра», говорил о том, как искусственный интеллект уже меняет работу врача. Посыл трезвый: у ИИ нет клинического мышления, он не осматривает пациента и не отвечает за решение. Это быстрый инструмент обработки данных, который сопоставляет факты, предлагает диагностические гипотезы и подсвечивает возможные «слепые зоны».

Направления применения: маршрутизация пациентов, сбор жалоб до приема, данные носимых устройств, медицинская документация, поддержка решений, обработка КТ, МРТ, ЭКГ и ЭЭГ. Отдельно разбирали программы, которые слушают разговор врача с пациентом и превращают его в структурированный протокол. В нейрофизиологии алгоритмы уже ищут подозрительные участки длительной ЭЭГ, сопоставляют ее с видео и помогают находить малозаметные эпилептические спазмы. Но это фильтр, который показывает врачу фрагменты для внимательного просмотра, а не автоматическое заключение. Реалистичная модель ближайших лет - врач, усиленный технологиями: за человеком остаются осмотр, общение с пациентом, критическая оценка данных и ответственность за решение.

Что дальше

Итоги каждого доклада, программа и спикеры остаются на странице конференции, запись трансляции - на RuTube. Тему эпилепсии и пароксизмальных состояний продолжит III междисциплинарная конференция «Вспышка сверхновой» 12 декабря в Ставрополе.

Источники

Материал собран по программе и итогам докладов конференции. Проверил: А. О. Агранович, к.м.н., невролог.

Все статьи блога Страница события

Заявка

Оставьте контакты

Свяжемся с вами в рабочее время: ответим на вопросы и поможем записаться.